Научные интересы:

  • теория и история архитектуры
  • социология архитектуры
  • архитектура военных госпиталей

Кандидат архитектуры, доцент кафедры архитектуры Уральского федерального университета имени Б. Н.Ельцина.

Трехкратный стипендиат Фонда имени первого Президента России Б. Н. Ельцина, двухактный обладатель стипендии Президента Российской Федерации для молодых ученых и аспирантов, осуществляющих перспективные научные исследования и разработки по приоритетным направлениям модернизации российской экономики (на 2015−2018-й и в 2018—2021 годы).

Избранные научные публикации:

Федорова М. С., Холодова Л. П. Изменение архитектурного облика военных госпиталей в России с 1707 г. // Вопросы истории. 2018, № 9. стр. 142−145

Федорова М. С. Архитектурный анализ планировочных решений первых заводских госпиталей Урала. // Архитектон: известия вузов. 2013. № 4 (44)

Федорова М. С. Ключевые этапы в истории развития норм для проектирования военных госпиталей. // Архитектон: известия вузов. 2014. № 3 (47)

Федорова М. С. Из истории эволюции объемно-планировочных решений челябинских госпиталей. // Приволжский научный журнал. Нижний Новгород, 2015. № 2. C. 91−97

Федорова М. С., Холодова Л. П. Эволюция объемно-планировочных решений военно-морского госпиталь в Кронштадте. // Архитектон: известия вузов. 2018. № 2 (62)

Федорова М. С. Эволюция архитектуры военных госпиталей в России (с 1707 г. по настоящее время). Диссертация на соискание ученой степени кандидата архитектуры

Fedorova, M.S., Holodova, L.P. Review of history of changes of space-planning decision of Factory Hospital in Nizhny Tagil // «International Multidisciplinary Scientific Conferences on Social sciences and Arts» SGEM Albena, Bulgaria 2015, P. 601−606

Fedorova, M.S., Holodova, L.P. History and analysis of changes in planning structure of the first russian military hospital in Lefortovo // «International Multidisciplinary Scientific Conferences on Social sciences and Arts» SGEM Albena, Bulgaria 2016, Р. 367−375

Военные госпитали: эволюция архитектуры как демонстрация социальных изменений

Постановка проблемы

Взаимоотношения в связке «архитектура» и «общество» изучаются с разных сторон и архитекторами и социологами, при этом для первых объектом априори является здание, а для вторых — люди, которые в нем обитают. Социологи относятся к изменению в архитектуре здания как к еще одному незначительному проявлению социальных изменений, архитекторы же зачастую со своей стороны вовсе игнорируют социальные аспекты.

Военный госпиталь, описываемый лишь языком архитектуры, не имеет значительных отличий от любого другого медицинского учреждения, оба этих объекта проектируются согласно одним строительным правилам. В тоже время, обращаясь к социологии специфические характеристики, во многом определяющие архитектуру, такие, как особое учреждение для закрытого сообщества, имеющего неравномерный характер нагрузки, подверженный угрозе нападения, становятся более наглядными и объяснимыми.

Теоретический контекст

Социальные исследования архитектуры представляют собой междисциплинарный поиск универсального подхода. Такие исследования делаются как социологами, так и архитекторами. Первые рассматривают архитектуру как зеркало, отражение социальных процессов (Х.Делитц), как материальное средство коммуникации общества, искусственные границы в естественном окружении (Й. Фишер); изучают отношения между зданиями, городами и разнородными процессами и методами, которые определяли развитие, разработку, строительство, заселение, перепроектирование, уничтожение и повторное заселение изучаемых объектов рамках теории STS (А. Янева, С. Гай). Статьи В. Багни и Р. Смита посвящены социологии архитектуры как новой области для совместной работы. Архитектура в понимании авторов влияет на человека, но не определяет его поведение, а предоставляет ему определенный набор возможностей. Социальный анализ архитектуры отдельных типов зданий представлен в работах Мишеля Фуко (тюрьмы, больницы и школы) и Вернера Гепхарта (места правосудия). При этом изменения в архитектуре описываются как «особый случай, как побочное и незначительное следствие более глубоких преобразований».

Архитекторы, для которых объектом и отправной точкой любого исследования является само здание (не просто его внешний вид или функциональное назначение, а вся система его элементов и их взаимосвязи) рассматривают вопросы глобализации, вопросы архитектуры и культуры (Р. Колхас), представляют архитектуру как покорение природного пространства (Д. Швидковский). В книгах и статьях Ле Корбюзье подставляет архитектуру как новую технику: детально разбирая устройство элементов, он описывает концепцию современного города. Работая в поле социологии архитектуры, исследователи ищут ответы на вопросы, как обозначить отношения между архитектурой и обществом.

Объект исследования

В исследовании архитектура рассматривается не как «побочное и незначительное действие», а как яркая иллюстрация социальных изменений, происходящих в обществе. Военные госпитали как «самостоятельные носители значения» представляют более чем 300-летнюю историю. Через изменение архитектуры военных госпиталей демонстрируется смена технологий (военных и медицинских) и изменение идеологии войны. Автор рассматривает архитектуру в неразрывной взаимосвязи с социальными и культурными детерминантами; здание не может создаваться/планироваться/функционировать безотрывно от социума. Архитектура как материальная организованная среда окружает нас повсеместно с момента появления общества и хранит в себе следы изменений этого общества.

Создание первого военного госпиталя определяет начало нового этапа в сложных отношениях между государством и комбатантами. Военный госпиталь — это прежде всего машина для возвращения комбатантов в строй. Расходы на содержание армий очень высоки, как и ценность обученного солдата. Тело солдата, оказавшегося в госпитале, «непосредственно погружено и в область политического», пишет Фуко: здесь «каждому индивиду отводится свое место, каждому месту свой индивид» (Фуко М. 2018).

С момента появления военных госпиталей в 1707 году до текущего времени военный госпиталь как особый тип зданий прошел эволюционный путь длиной в более чем 300 лет. С точки зрения изменения объемно-планировочных решений этот путь можно разделить на четыре этапа:

1) Прародители: первые военные госпитали, появившиеся с 1707 по 1749 год. Еще при жизни Петра I создается система из 10 крупных госпиталей и около 500 лазаретов. Большинство первых военных госпиталей функционирует до сегодняшнего дня, не изменяя своего функционального предназначения. Они стали крупнейшими центрами и представляют собой массивные комплексы зданий в классическом стиле, в них предоставлена вся более чем 300-летняя история развития медицины, технологий и организации.

2) Заводские (1749 — 1810). Для дальнейшего развития системы госпиталей по всей России Петр I издает указы, которые предусматривают продолжение строительства медицинских учреждений по губерниям. При этом госпитальная система фактически была заимствована из военной сферы. В архитектуре остается довлеющим образ классики.

3) Типовые военные (1835 — 1995): активная типовая застройка. Стандартные планировки, различающиеся по мощности, вместимости, этажности, лишенные декоративных элементов.

4) Специализированные (2000 — настоящее время): современные военные госпитали. Максимально сложная технологическая начинка при максимально простом фасадном решении.

Исследовательские вопросы

Опираясь на этот путь эволюции, представленный рядом характерных и показательных примеров, создающих определённый образ изменений в архитектуре, автор стремится представить картину социальных, культурных и технологических изменений, происходивших в обществе в течение этих 300 лет, чтобы переосмыслить представленный путь, выявить взаимосвязи между архитектурой и социумом. Среди наиболее важных детерминант, определяющих изменения в архитектуре военных госпиталей, мною выделены следующие:

1) Технология, используемая для ведения военных действий: она определяет характер травм, степень и массовость поражения. «Конусовидная пуля показала себя в качестве самого смертоносного из всех военных изобретений», навсегда изменив тактику ведения военных действий. Каждый новый виток развития военных технологий определял новые, характерные для этого типа оружия последствия. Эти изменения находят свое отражение в архитектуре в организации новых отделений (ожоговое, реанимация), в стихийной перестройке в период ведения военных действий (бараки), в исключении и добавлении новых помещений.

2) Изменение представлений о гигиене «особого вымуштрованного тела». Экспликация зданий 1707 и 2007 года постройки совпадает лишь на 5−10%, остальные 90% появились в результате развития медицины, изменения представлений о гигиене, способах лечения, что во многом определило структуру госпиталя, его функциональную схему. Согласно Фуко, «Форма корпуса, обеспечивающая тщательное распределение больных, должна препятствовать распространению заразных болезней. Больница, какой её видят во второй половине века, — не просто крыша, дающее прибежище невзгодам и неминуемой смерти; она действует терапевтически самой своей материальностью» (Фуко М. 2018). К примеру, на планах появляются палаты для заразных больных, которые постепенно перерастают в отделения, затем в самостоятельные и автономные корпуса.

3) Изменение идеологии, отношения к войне и роли военного госпиталя. Каждая война уникальна, она отличается от предыдущей тактикой, стратегией, технологической оснащенностью и идеологией. Великая Отечественная война была войной со злом; эвакуационные госпитали устраивались в каждом свободном общественном здании. Страна знала своих героев. Афганская война начиналась как помощь афганскому правительству, затянувшаяся на 10 лет и стоившая 15 тысяч жизней советских солдат. Реальный масштаб безвозвратных потерь замалчивался, солдат хоронили тайно. За 50 лет образ военного госпиталя в сознании людей поменялся вслед за сменой идеологии войны. На госпиталях времен Второй мировой висят памятные таблички, а госпитали, где лечили «афганцев» — скрытые за высокими заборами безликие здания.

В новых войнах прослеживается тенденция к размытию границы между военным и гражданским сектором, о чем пишет Мэри Калдор: «Разница между зонами военных действий и очевидно мирными зонами не обозначена столь же точно, как и в прежние периоды. Различие между войной и миром провести настолько же трудно, насколько трудно провести различие между политическим и экономическим, публичным и частным, военным и гражданским» (Калдор М. 2016). Потери среди гражданского населения в новых войнах значительно превышают потери среди солдат и воющих сторон, что ставит вопрос о назначении военного госпиталя и его отличии от гражданской больницы.

4) Изменение нормативной документации. Современное здание должно соответствовать действующим техническим регламентам, строительным правилам; вслед за ними меняются объемно-планировочные решения. Ориентация по сторонам света, выбор места для строительства и прообраз первых требований по водоснабжению и вентиляции можно найти в указах еще 1789 года. В последующие годы наблюдается постоянное уточнение и детализация нормативов: с нескольких пунктов правила разрослись до сотен положений, представленных разными документами.

Исследование нацелено на то, чтобы наглядно показать, насколько сильна взаимосвязь архитектуры и общества. Изучение эволюции архитектуры невозможно в отрыве от социальных и культурных условий, как и представление изменений архитектуры в качестве немого побочного эффекта изменения этих условий.

Метод исследования

Исследование предполагает работу с архивными материалами, дневниками и записками военных врачей, солдат, историческими справками, приказами, строительными нормативами позволяющими воссоздать:

— образ военного госпиталя, меняющийся с новой войной;

— отношение к ранению и качеству лечения в госпитале;

— используемым медицинским технологиями;

— используемым военным технологиям;

— организацию быта госпиталя;

— отношение к раненым и боли.

В ходе экспертных интервью планируется выявить отношение респондентов к произошедшим изменениям в архитектуре госпиталей, их видение причин, повлиявших на этот переход и сформировавших его.

Предварительные результаты

Архитектура, в отличие от живописи или скульптуры, не может быть сокрыта от глаз стороннего наблюдателя, она надежна и намного реже подвергается исправлению, и поэтому правдиво несет в себе информацию и о той функции, которая в нее заложена, и о той эстетике, которую в ней видит заказчик.

Архитектура военного госпиталя при всей закрытости самой военной системы показывает многое о том, какую ценность имеют и имели солдат и врач, об отношении к эффективности и безопасности, дисциплине и организации ее соблюдения.

Источники

Айбар Э., Бейкер У. И. (2017) Конструируя город: план Серда по расширению Барселоны. Социология власти, 29 (1): 203−232

Вильковский М. Б. Социология архитектуры. — Фонд содействия сохранению культурного наследия «Русский авангард», 2010

Вернер Г., Гиряева В., Филиппов А. Места правосудия: судебная архитектура между сакральными и профанными строениями //Социологическое обозрение. — 2007. — Т. 6. — №. 3

Деланда М. Война в эпоху разумных машин //Пер. Д. Кралечкина. М.: Кабинетный ученый. — 2014

Делитц Х. Архитектура в социальном измерении //Социологические исследования. — 2008. — №. 10. — С. 113−121

Калдор М. Новые и старые войны: организованное насилие в глобальную эпоху //М.: Изд-во Института Гайдара. — 2016

Колхас Р. Нью-Йорк вне себя //Пер. с англ. А. Смирнова. М.: Стрелка-пресс. — 2013

Корбюзье Л. Архитектура XX века //Пер. с франц. М.,"Прогресс. — 1970

Титков А. С. (2017) Социология архитектуры: кирпичи для сборки. Рецензия на книгу: Вильковский М. Б. (2010) Социология архитектуры, М.: Фонд «Русский авангард». Социология власти, 29 (1): 233−257

Фуко М. Надзирать и наказывать: Рождение тюрьмы. — М.: Ad Marginem, 1999. — с. 478

Yaneva, A., Guy, S. (2008). Understanding architecture, accounting society. Science & Technology Studies